Дневник V фестиваля «Комедiя-ФЕСТ». День 1. Про «Голову»
В первый день фестиваля на малой сцене театра началась конкурсная программа, в которой исследовали тайну «Головы». Пьеса Константина Стешика стала победителем первого драматургического конкурса новых комедий, который проводил театр, а спектакль Льва Харламова по ней — увлекательным исследованием: какой может быть комедия абсурда в 21 веке?
Остроумный и многомерный текст с точки зрения жанра заходит на территорию то научной фантастики, то притчи, то абсурдистской пьесы. Дома спокойно сидит и читает книгу Лю Цысиня «Задача трёх тел» Костя (Иван Гапонов), внезапно к нему является его друг Палкин (Руслан Строголев) и приносит с собой в сумке голову. Не отрубленную, а живую и способную общаться с внешним миром. Говорить, правда, голова не может — лёгких нет, а в остальном она устроена вполне по человеческому образу и подобию: моргает, а если ткнуть острым — потечёт кровь. Голову Палкин нашёл в метро, под скамейкой, и никто не знает, откуда она там взялась. И уж тем более никто не знает, как поступить с ней дальше — выбросить, унести подальше, или установить контакт? На протяжении всего спектакля герои ищут подходы к голове, но чем дальше — тем больше загадок и меньше ответов.
Пространство спектакля отчасти напоминает мир компьютерной игры, где не до конца прогрузились текстуры локации: мягкая панель наподобие той, что бывает в психиатрических лечебницах, шумоизолирующая стена, в одном месте к колонне привязан старый матрас, сверху тянется теплоизоляционная труба. В пространстве, кроме Кости и Палкина, есть ещё две героини — Девушка за клавишами (Ольга Коновалова) в одном углу пространства и Девушка с мольбертом (Мария Оболенская), но они находятся будто в разных измерениях. И то, в котором обитают героини, явно более сложное и продвинутое, а Косте с Палкиным досталось земное трёхмерное — оно попроще, но и в нём есть место Чуду.
Костя Ивана Гапонова — спокойный, ироничный, почти невозмутимый, он долго принимает голову за сложно устроенную игрушку. Палкин — локальный ураган, усиленный актёрской способностью Руслана Строголева появляться на сцене со смешным по умолчанию лицом, и на этом лице — все бурные эмоции от встречи с непознанным. Судя по диалогам, они с Костей ровесники, но Палкин слегка «застрял» в подростковой юности, когда фантастические миры кажутся не выдумкой, а неоткрытыми до поры до времени возможностями.
Два человека — два радикально разных подхода к миру: скептик сдержанно любопытствует и сомневается, романтик — восхищается и пребывает в экзальтации. Не случайно первый вопрос, который задаёт Палкин голове — «Есть ли Бог?». Но есть и третий подход — практический, он является ближе к развязке вместе с Пуховым (Никита Жолнерчик). Пока Костя не уверен, правильные ответы даёт голова, неправильные или рандомные, а Палкин пытается расспросить о базовых вопросах мироздания, Пухов уверенно спрашивает: «Голова, где мои ключи?»
Попытки расшифровать спектакль похожи на попытки собрать бесконечный кубик Рубика — кажется, что головоломка сложена до конца, но какая-нибудь одна деталь вынуждает запускать процесс по новой. В бесконечном ускользании чётких границ — обаяние и абсурдисткой литературы, и научной фантастики: гораздо интереснее раз за разом вычитывать новые смыслы, чем получать зафиксированные ответы.
На обсуждении жюри и зрители говорили о жанровой природе пьесы и даже попробовали найти ответ по принципу ответов головы в спектакле: голосуя «да» и «нет» по вопросу «Кто за то, что это комедия?». (Большинством голосов — 10 против 4 — «Голову» признали комедией). Примечательно, что для каждого обсуждающего «Голова» оказалась своя, и каждый вычитал в ней свои собственные смыслы. А это – один из главных признаков хорошего спектакля!
